История училища

Перечитывая историю Училища, невольно удивляешься тому, как уклад и традиции не смотря на все перипетии его почти 200-летней истории сохранялись и передавались из поколения в поколение. Несколько поколений курсантов Коломенского Высшего Артиллерийского Командного Училища, помнят строгие порядки alma mater и сравнения с более «либеральными» порядками других училищ, жесткий режим суточного наряда и т. д. А вот, что писалось о порядках в Училище во времена его основателя — Вел. кн. Михаила Павловича — «Юнкера считались на действительной военной службе, при поступлении они приводились к присяге и подчинялись тем требованиям дисциплины и тем правилам, которые были приняты для юнкеров служащих в войсках...» Для военно-учебных заведений того времени эти и другие, принятые в Училище строгости были новинкой и воспринимались многими как серьёзные лишения. В 1821 и 1822 годах, немало юнкеров было отчислено «за нарушение воинской дисциплины», к этому времени, историки, описавшие училище в конце 19-го века относят и появление неписаного кодекса чести юнкера, первым пунктом которого, как нетрудно догадаться была «невыдача» провинившегося товарища отцам-командирам... Знакомый всем утренний развод после завтрака, так же традиция заведённая в первые годы училища. Правда в те далёкие годы, развод в зимнее время, отменялся при температуре ниже 5 градусов мороза. В 1826 году больному генерал-майору Засядько было разрешено ненадолго отлучиться в отпуск, а в 1827-м году приказано явиться к новому месту службы. Вторым начальником Училища стал георгиевский кавалер, герой наполеоновских войн Карл Иванович Оперман. В годы его управления, продолжилось обустройство Училища и формирование его традиций и институтов. Во все времена, утренний подъем в армии был мероприятием не самым желанным. В те годы, был нормой подъём в 5 часов утра. Заботливый Оперман, заменил его на подъём в 6:30, приблизив его таким образом к современным стандартам и подарив лишний час сна мальчишкам (в Училище тогда принимали 13—14 летних юнцов!).


Инженер-Генерал Карл Иванович Оперман, начальник Училища 1827—1832

Однако главнейшей заслугой Карла Ивановича и перед Училищем и перед Отечественной артиллерией, стало прилашение в Училище Егора Христиановича Весселя, вышедшего в отставку поручика, который давно служил титулярным советником и занимался теперь артиллерией скорее как хобби. Он много читал и прекрасно знал труды виднейших теоретиков того времени — артиллеристов Германии и Франции. Вессель стал настоящей находкой. Уже сам факт того, что скромный титулярный советник всего за пять лет стал полковником, а позднее персональным преподавателем наследника престола (будущего Александра II) говорит о многом. Оперман активно помогал Училищным библиотеке и музею. Тот, кто хотя бы раз побывал в Училище (хоть в Петербурге, хоть в Ленинграде, хоть в Коломне) помнит сколь важное место занимал музей. Уже в Коломне, во времена Коломенского Высшего Артиллерийского Командного Училища, здание музея стало олицетворением Училища, его «логотипом», визитной карточкой, а о библиотеке ходили легенды. Ещё в 90-е годы XX века, курсантам выдавали на руки дореволюционные фолианты. Именно в «эпоху Опермана», основанная его предшественником библиотека, стало одной из лучших в стране. Ежегодно, в бюджете училища закладывалась огромная по тем временам сумма на пополнение её фондов — 9 тысяч рублей. Оперман, заботливый и внимательных к нуждам других мало заботился о себе. Не удивительно, что в эпидемию холеры, сразившей Петербург в 30-е годы XIX столетия, он радея о здоровье юнкеров и офицеров училища заболел сам и скропостижно скончался. В 1831-м году Карла Ивановича не стало.

Следующим начальником Училища стал Иван Онуфриевич Сухозанет. Человек столь же яркий, сколь и противоречивый. В отличие от своих предшественников, образованных генералов с «инженерной жилкой», Иван Онуфриевич, герой Наполеоновских войн, одна из ключевых фигур подавления декабрьского восстания на Сенатской площади 1825 года, кавалер всех мыслимых и немыслимых военных наград, многожды раненый и потерявший ногу в бою, любил повторять: «Без образования воевать можно, без дисциплины — никогда!»


Иван Онуфриевич Сухозанет, начальник Училища 1832—1836

Словно в насмешку, судьба не только определила его в артиллерию, а не в гусары или казаки, но и отвела ему место в истории (увы не самое лестное) всего военного образования России, 30-х XIX века. Блестящий гвардейский офицер, он обожал артиллерию, гордился своей принадлежностью к ней, но даже в этом, «высокотехнологичном» по тем временам военном ремесле, не в последнюю очередь ценил храбрость, смекалку и внешний лоск, ставя науку и расчёты на второе место. При нем большое внимание уделялось муштре и поддержанию дисциплины, что похоже стало «визитной карточкой» нашего Училища на долгие годы, и каким-то сказочным образом наследовалось и в советское и в пост-советское время. Выпускник юнкерских классов Училища 1833 года, известный анархист и революционер Михаил Алесандрович Бакунин, изгнанный из офицерских классов из-за «персональной» ссоры с Сухозанетом, в мрачных тонах вспоминал его время: «искусная ложь в нашем юнкерском обществе не только не считалась пороком, но единогласно одобрялась».«

Однако, именно при Сухозаете, в 1832-м году, в Училище впервые вводится курс прикладной механики, ставшей «головной болью» для многих поколений воспитанников Училища. Для начала преподавания этого предмета назначен не много не мало бывший министр путей сообщения Лансдорф. В 1834-м году, был введён курс начертательной Геометрии, вести который, было поручено выпускнику Училища, барону В. К. Клодту 1-му, родственнику того самого Клодта, который прославит Училище не на поле брани, а в исскустве. Именно в начальство Сухозанета, в Красное Село, куда выезжали на лето артиллеристы Училища, доставлялась из войск артиллерия всех видов и калибров и проводились учения с боевой стрельбой. Первые в России «Правила Стрельбы», изданные единым сборником позднее, в 1849-м году назывались тогда «Руководство для практических занятий артиллерии» были опробованы именно на таких занятиях в Красном Селе. Долгое время, правила стрельбы переиздавались в переплёте зеленого цвета, за что и получили среди офицеров-артиллеристов прозвище «Зелёная Книжка». Была систематезирована и система экзаменования юнкеров и офицеров. К экзаменам привлекались лучшие умы того времени. Особо отмечали участие в экзаменах Генерал-Майора Ермолова, героя войны 1812, остроумного и острословного человека. Сухозанет, как большой любитель лоска заботился о библиотеке и музее. При нём в распоряжении Училища оказалась часть библиотеки Варшавского округа. Училищу стали завещать свои коллекции частные коллекционеры. В 1834 году в Училище открылась собственная типография — «литография», в которой печатались учебные пособия и схемы, по заказу Училища, в профессиональных типографиях были изданы некоторые учебники, вышедшие из-под пера преподавателей МАУ.

«Михайловцы и обстановка их училища производили впечатление настоящего храма науки, а мои давние товарищи по корпусу приобрели скорее вид ученых, нежели легкомысленных юнкеров. Чувствовалось, что училище живет серьезной трудовой жизнью, и в нем нет места показной стороне, нет места „цуку“ и ненужной браваде»

А. Марков, «Кадеты и юнкера»

С июня 1836-го года, управление Училища перешло к князю Илье Андреевичу Долгорукому. Долгорукий продолжал руководить Училищем в течение 12 лет, вплоть до своей кончины 8-го Октября 1848 года. Не будучи сам ученым, Долгорукий живо интересовался новостями артиллерийской науки и поддерживал отношения с виднейшими теоретиками того времени.

Князь Илья Андреевич Долгорукий, начальник Училища (1836-1848 гг)

Князь Илья Андреевич Долгорукий, начальник Училища (1836—1848 гг)

Илья Андреевич вполне здраво оценивал свой потенциал, поэтому в помощники себе избрал опытнейшего Ивана Федоровича Розена, который в ту пору командовал 2-й артиллерийской бригадой. С 1838 года Розен «де-факто» принял руководство училищем. Несмотря на то, что общий уровень князя явно не блестал высотой, именно им было положено начало стяжанию на кафедры Училища лучших в России умов, устроению передовых лабораторий, и т. д. Всё это, в итоге превратило наш ВУЗ в одно из наиболе передовых технических учебных заведений того времени.

В 1841-м году, для преподавания дифференциального и интегрального исчесления в Училище приглашен Михаил Васильевич Остроградский. С 1847 года Остроградский преподает еще и теоритическую механику. Остроградский оставил большой след в памяти своих воспитанников. Его запомнили человеком, который мог часами рассуждать на отвлечённые темы, каламбурить и шутить, намекал некоторым нерадивым юнкерам на то, что изучение высшей математики для военных — ненужная роскошь.... В 1848-м году, для преподавани физики был приглашен Э. Х. Ленц.



Вторая половина 19-го столетия, стала пожалуй самым важным периодом в становлении Училища, формировании его облика. Именно в те годы, оформились те его черты, которые в большинстве своём сохранились и в ХХ веке, несмотря на многочисленные реформы, переезды и переименования.

Преподаватели Михайловской Академии и Училища подготовили объёмный труд к 50-летию alma mater. По их подсчётам к 1870-му году из Училища и Академии было выпущено в общей сложности 2680 человек.

К середине девятнадцатого столетия, русская артиллерия вообще, и Михайловское артиллерийское Училище в частности, постепенно приобретают репутацию «рассадника вольнодумства». И если в 1825-м году такие случаи, как обнаружение начальником Училища журнала «Полярная Звезда» у юнкера Бестужева были настоящим событием, то со временем, в стенах Училища одна за другой «зажигались звёзды» Бакунина, Мартова, Мгеброва, и людей менее известных. Так, по данным Ф. Лурье, ставший в последствии знаменитым двойным агентом охранки и революционеров, выпускник Училища штабс-капитан Сергей Петович Дегаев, годом ранее отчисленный из Артиллерийской академии как «неблагонадёжный», в 1880 году по собственной инициативе организовал в родном Михайловском Училище народнический кружок, где вёл активную пропаганду среди юнкеров и офицеров.

Полицейское объявление о награде за поимку Дегаева

Ген. л-т Дмитрий Иванович Невадовский, начальник Училища 4.01.1900-25.07.1906 гг.

Ген. л-т Дмитрий Иванович Невадовский, начальник Училища4.01.1900—25.07.1906 гг.

4-го января 1900 года начальником Училища был назначен Дмитрий Иванович Невадовский, выпускник Училища 1870 года. На его время, пришёлся один из пиков популярности Училища.

Как и сегодня, выпускники кадетских корпусов имели тогда приимущество при поступлении в Училище, однако и для них, это было дело не самое простое. Полковник генерального штаба Шляхтин, окончивший Училище в 1907-м году, выпускник Казачьего кадетского корпуса, вспоминал, что при 40 вакансиях во все прочие училища, в Михайловское, Константиновское артиллерийские и Николаевское инженерное Училище, редко бывало больше 6—7 мест. При этом, питомцы кадетских корпусов принимались без экзаменов, и составляли большинство. Все прочие, подвергались строжайшей экзаменовке. Из кадетов же, назначались всякого рода ответственые лица — «распорядители», что-то вроде нынешних «каптёров. Они же, были первыми в Учёбе и службе. Так например, Антон Мейнгардович Шифнер-Маркевич, ставший в последствии генерал-майором, исполнял фунции «распорядителя», что не помешало ему первым на курсе окончить Училище в 1907-и году, и блестяще проявить себя в армии.

Училище в те годы было двухбатарейного состава, по 2—3 отделения (взвода) в каждой. В каждом отделении было до 30 человек, а курс, набранный в 1904-м году составил 150 человек. Таким образом, в каждой батарее были курсанты нескольких курсов. Эта практика довольно долго существовала нашем в Училище, и ввиде исключения применялась вплоть до его закрытия в 2008-м году.

На лето, Училище традиционно выезжало в Красное Село, где по соседству с Михайловцами, стояли Николаевцы — самое престижное из училищ кавалерии. Отношения питомцев двух Училищ, напоминают «Селецкие» отношения Михайловцев с соседями из Рязанского десантного училища, памятные выпускникам «Коломенской» эпохи. Тут были и обмен шутками, и попытки стащить пушку с постамента, и завязка армейской дружбы.

Разразившаяся в 1904-м году Русско-Японская война, видевшаяся в Петербурге «прогулкой по Дальнему Востоку», нанесла серьёзный репутационный ущерб Русской армии. Свидетели той войны, как в Русской армии, так и в армиях европейских держав отмечали, что никаких предпосылок для поражения у России не было. Тем не менее Россия проиграла. Мужество русских воинов как это случалось в нашей истории не раз, не компесировало расхлябанности политического и военного руководства страны, предчуствие «далёкой» и «маленькой победоносной войны» обернулось горькой трагедией, сравнимой разве что с Крымской или Первой Чеченской войнами. И сама война и её последствия не могли не отразиться на судьбе Училища и его питомцев. Стало ясно, что к грядущему столкновению в Европе не готова ни Российское государство ни Российский народ. Первые же трудности военного времени, сменившие сытость предвоенных лет вывели простых людей на баррикады, активизировали революционное движение. Увы, даже в армии. Теперь, по прошествии многих лет ясно, что револционные настроения действительно присутствовали в Училище. К примеру выпускник 1904 года Александр Авельевич Мгебров (будущий акёр театра и кино), сын генерал-лейтенанта, будучи на выпускном курсе оказался вовлечен в революционный водоворот: «...в 1904 году студент А. А. Петров познакомился с юн­кером А. Мгебровым, которого пригласил к себе домой на 13-ю линию Васильевского острова. Юнкер оказался в семье, где часто собирались рабочие. Он стал свидетелем обсужде­ния программы партии, принятой II съездом РСДРП...» Остаётся добавить, что на баррикадах Мгебров дрался, а вот на русско-японской войне не был.

Выпускник 1904 года Александр Авельевич Мгебров в роли патриарха Тихона в фильме «Иван Грозный»

Война была проиграна, но с реформами опять не спешили. Жизнь в Училище шла своим чередом. Одной из безусловных удач стало назначение летом 1906 года нового начальника. Им стал опынейший Всеволод Николаевич Вахарловский, выпускник Училища 1878 года, успевший послужить и «в войсках» и в братском Константиновском артиллерийском училище.

Генерал-Майор В. Н. Вахарловский, начальник Училища 25.07.1906—28.09.1912 гг.

Во время его командования Училище активно осваивало новые образцы вооружений, поступавшие в войска от отечественных и зарубежных промышленников, разрабатывало и внедряло новые методы и приемы стрельбы и управления огнём. Армия кое-как перевооружалась, к дискуссиям вокруг военных реформ присоединилась недавно созданная государственная Дума, а в воздухе уже витал призрак новой войны. Еще в царствование Александра III пришло понимание того, что в грядущей войне главным противником будет бурно развивавшаяся Германия, объединённая «огнём и железом» прусской политики. Россия акивно сближалась с Францией, искала контактов с Британией, но безвольное правление Николая II, не прекращавшего заигрывания с Вильгельмом. Показные «братания» и династические комплексы русского двора тормозили подготовку к войне и серьёзно дизориентировали российское общество.

К началу ХХ столетия оносится и окончательное становление целого ряда традиций Училища, часть кторых дожила до его закрытия в XXI столетии.

Украшение казарм первого курса после 1-й стрельбы

Одна из них — празднование первой стрельбы. Первый курс (тогда его называли «младший класс») проведя свою первую боевую стрельбу в летнем лагаере, возвращался в казарму, украшенную по такому случаю флагами и «средствами» маскировки.

Начало двадцатого века ознаменовалось бурным ростом новой отрасли — авиации. Транспортные возможности самолётов были еще довольно скромны, а вот их военный потенциал был быстро оценён. Самолёт с самого своего появления стал воплощением последних достижений научной и технической мысли, но управление им и безопасность полетов были делом весьма непростым. Стоит ли удивляться, что кандидатов на обучение лётному делу набирали из числа наиболее образованных офицеров, имевших хорошую физическую форму. Молодые офицеры-артиллеристы стали лучшими кадрами для авиации той поры. Не имея возможности перечислить всех, назовем лишь некоторых: Петр Николаевич Нестеров, успешно

Петр Николаевич Нестеров, выпускник Училища 1906 года, окончившего наше Училище в 1906-м году.

Лебедзь Степан Александрович, выпускник Училища 1912 год

Среди выпускников той поры, немало тех, чей жизненный и творческий путь будет перечёркнут революцией. Такова судьба офицерской династии Челюсткиных.

Отец (Николай Михайлович) и сыновья (Михаил и Андрей) Челюсткины — артиллеристы михайловцы

Однако тяжкие испытания и главные войны ХХ века были ещё впереди. Училище продолжало обновляться, и 26 октября 1912-го, его начальником назначен полковник (позднее генерал-майор) Карачан, Пётр Петрович. На его долю выпадет ответственная работа по организации досрочного выпуска Училаща и организация процесса обучения военного времени.

Полковник П. П. Карачан, начальник Училища 26.10.1912—1916 гг. и 1917 (?)

Кроме того, Петру Петровичу доведётся дважды возглавить Училище. в 1916-м году, его просьбы об отправке на фронт будут наконец удовлетворены, и он отбудет в войска, но когда в суматохе 1917 -го фронт рухнет, а военные Училища ещё какое-то время будут оставаться островком стабильности и надежды, Карачан вернётся в Училище, но, увы будет сметен волной революционного террора.

Среди выпускников последнего «мирного» выпуска 1914 года, оказался потомственный михайловец Владимир Александрович Никитин. Проийдя трудный путь войн и революций, он стал конструктором-кораблестроителем и умер в 1977-м году, что для его поколения было случаем поистине уникальным. Владимир Александрович оставил мемуары, описав знакомые многим из нас места, а так же традиции (хорошие и плохие) которые пережили время и потрясения. Примечательны его воспоминания связанные с «Донной Анной» — хозяйкой бакалейной лавки:

«Одной из „достопримечательностей“ училища была Донна Анна. Это была здоровенная баба, лет сорока, которая содержала ларек на училищном дворе. Почему ее звали Донной Анной, никто из юнке¬ров мне объяснить не мог. Донна Анна была неплохим коммерсан¬том. Она живо реагировала на спрос и у нее всегда были нужные юнкерам товары: разные сладости, табак, папиросы, шило, одеко¬лон, письменные принадлежности. Донна Анна охотно продавала в кредит, а по некоторым сведе¬ниям занималась и мелким ростовщичеством, ссужая, конечно под изрядные проценты, кое-кого из юнкеров деньгами с условием рас¬платы при производстве в офицеры. К чести юнкеров следует ска¬зать, что Донна Анна не имела оснований обижаться: должники расплачивались с ней добросовестно».

Другим интересным замечанием Никитина, была водившаяся в Училище мода на стрижки:

«Волосы причесывались в виде ежика или с пробором. Длинные волосы носить запрещалось и длинноволосых безжалостно стригли под машинку. В 1913г. откуда-то, кажется из армейской кавалерии, пришла мода брить или очень коротко стричь голову. Я прическами никогда осо-бенно не увлекался и поэтому новую моду принял с удовольствием: стриг голову машинкой „под ноль“. Легко, а главное, всегда причесан!...»

Юнкер В. А. Никитин, выпускник 1914 года

C началом Первой Мировой войны, в 1914-м году было введено «Положение об ускоренной подготовке офицеров в военное время в специальных военно-учебных заведениях с восьмимесячным ускоренным курсом», которое распространялось на и на Михайловское Артиллерийское Училище. Однако специфика отбора сохранилась. В Училище принимали выпускников гражданских ВУЗов, главным образом технических.

  

Выпускники ускоренного курса 1916 г.: В. В. Журов — погибнет в рядах армии Колчака; К. К. Гершельман — закончит войну в армии Врангеля в 1922 г, станет художником, имигрирует в Германию; В. Г. Тихонов — вступит в Красную армию, станет начальником Сумского Артиллерийского Училища

Рыцарство русского офицерства (да и европейского в целом) дорого обошлось народам-участникам той Великой войны. По словам свидетеля событий, будущего британского премьера Уинстона Черчиля «европейская аристократия просто перебила друг друга», кадровое офицерство таяло на глазах. Армии срочно требовались свежие силы. Многие из тех, кто надел офицерские погоны раньше и во сне не представляли себя офицерами. Вчерашние студенты, бунтари, порой совсем случайные люди... Стоит ли удивляться, что и традиции и настроения офицерского корпуса, особенно младшего офицерства менялись буквально на глазах...


Отречение императора Николая II и Февральская революция 1917 года изменили многое в жизни Михайловского Артиллерийского Училища. Провозглашённое равенство всех народов слоев и сословий страны открыло путь к поступлению в Училище тем, кто еще вчера не мог даже мечтать об этом. Одним из анахронизмов Российской империи был запрет на поступление в военные училища лицам иудейского вероисповедания, включая тех, чьё отношение с этой религией исчерпывалось записью в церковной метрике (в те годы, роль ЗАГСов исполняли религиозные учреждения). Это означало, что до Февральской революции, родившийся в еврейской семье молодой человек, даже если он был принципиальным атеистом, мог стать офицером лишь официально приняв христианство или ислам вопреки своим атеистичим взглядам. Таким образом, в Училище в 1917-м году, помимо представителей талантливой бедноты и молодых людей оказавшихся в «чёрных списках» прежней власти из-за сочуствия делу революции, было немало патриотично настроенных выходцев из образованных и даже состоятельных еврейских семей. Страна вела войну и приток свежих сил был очень кстати. Несмотря на «пёстрый» состав абитуриентов «новой волны», военные училища вообще, и Михайловское Училище в частности, в историю революционного 1917 года вошли как оплот консеватизма, а само слово «юнкер», стало символом контрреволюции. Юнкеров использовали для охраны наиболее важных правительственных объектов, включая Зимний дворец. Другим символом контрреволюции, стал выпускник нашего Училища Лавр Георгиевич Корнилов, прославленный боевой генерал.

В 1917-м году Михайловское Училище возглавил генерал-майор Иван Петрович Михайловский.

К сожалению, нам так и не удалось отыскать его портрета.

Приказом Наркома по Военным Делам № 130 от 14.02.1918г Михайловское Артиллерийское Училище было переименовано в 1-е Советские Петроградские Артиллерийские командные Курсы РККА. (собственно, старорежимное и не патриотичное ввиду войны с Германией немецкое слово «юнкер», было заменено на такое знакомое современному читателю «курсант», именно в этой связи). Для большинства абитуриентов, былая слава Михайловского Артиллерийского, с его историей, учебно-материально базой и отчасти сохранившимся преподавательским составом были главным «магнитом» для поступления, хотя романтическое звание «краскома» и курсантский паек играли здесь не последнюю роль.

Новые порядки и традиции в Училище, Армии, да и в стране в целом с трудом пробивали себе дорогу, причудливо смешиваясь со старыми, «дореволюционными». Смешные, а иногда и обидные вещи, происходившие в те годы с военной формой, символикой, ритуалами во многом напомнят военнослужащим 90-х годов ХХ века их собственный опыт. Одним из первых шагов, было создание нового знака выпускника, взамен знаменитого двуглавого орла, восседавшего на пушках, утверждённого всего за восемь лет до описываемых событий, в 1911 году.


Такой знак вручался выпускникам 2-го выпуска Училища советской эпохи в 1919 году

К сожалению, февральским приказом 18-го года история переименований Училища не кончилась, а только началась. Менее чем через два года, в сентябре 1920 -го, Училище переименовано во 2-е Советские Петроградские Артиллерийские Командные Курсы (не исключено, что старое соперничество за старшинство Михайловского и Константиновского артиллерийских училищ при новой власти вышло на «новую орбиту», ибо бывшее Константивское Училище, с тех пор прочно закрепило за собой цифру «1» в названии, вплоть до 1-го ЛАУ...). Буквально через год, в октябре 1921-го, Училище уже 3-я Петроградская Школа комсостава тяжёлой артиллерии, ещё через пол-года — Петроградская Школа тяжёлой и береговой артиллерии комсостава РККА, четыре месяца спустя — Петроградская Школа полевой тяжёлой артиллерии комсостава РККА, ещё через пару месяцев — Петроградская командная Школа тяжёлой и береговой артиллерии комсостава РККА, ещё через год — 2-я Ленинградская Артиллерийская Школа... И только через двадцать лет, после начала этого «марафона», приказом НКО № 36 от 16 марта 1937 года, за Училищем закрепилось наименование, памятное многим из ныне живущих: «2-е Ленинградское Артиллерийское Училище»... Впрочем, забегая вперед, отметим, что ещё через 20-ть лет, оно опять будет изменено, на Коломенское Артиллерийское Училище, но к этой странице истории мы ещё вернемся, а сейчас несколько слов об Училищных буднях того времени. Так повелось, что любая новая власть в России, неважно, приходит ли она в тучные сытые или голодные и военные годы радеет больше о смене символики, нежели о хлебе насущном. Стоит ли удивляться, что революционные вихри того времени породили вот такие коллизии:

Униформа курсанта Училища 20-х годов (1-х Советских Петроградских Артиллерийских командных Курсов РККА)

Длиннополая шинель, нового, «советского» образца, сапоги с «эксклюзивными» Михайловскими шпорами, (которые кстати просуществовали вплоть до переезда Училища в Коломну, в 1953-м году), петлицы Николаевской эпохи, кивер в стиле эпохи наполеоновских войн и красные звезды на рукаве и кивере... Каково?

20-е годы. Группа курсантов-артиллеристов, в дореволюционной форме, без погон (у курсанта в центе — орден боевого красного знамени).

Одним из первых решений новой власти, стала так же отмена погон. Слово «золотопогонник» на долгие годы стало ругательным эпитетом, связанным исключительно с Белой Гвардией. В итоге, это привело к тому, что знаки различия стали размещать на рукавах и петлицах. Военная форма постепенно стала напоминать форму Австро-Венгерской армии, где не было погон и знаки различия в виде звездочек размещались на ромбовидных петлицах. Для нас навсегда останется тайной, была ли это дань моде (накануне войны, на всемирной выставке в Париже, года австрийская форма была названа лучшей в мире и получила золотую медаль), было ли это следствием «тесных» связей некоторых большевиков с этой страной (например товарищ Троцкий, долгое время скрывался в Австро-Венгрии), либо же это простое следствие «борьбы» с золотыми погонами...

События 1917 года развели михайловцев по разные стороны баррикад. Чудеса героизма, мужества, военной смекалки проявляли и те, кто встал под знамёна Белых, и те, кто встал на сторону большевиков.

Оказавшись в изгнании михайловцы острее ощутили свою общность. Фактически, объединение выпускников Училища действовало до тех пор, пока последние из юнкеров и офицеров дореволюционного выпуска не ушли из жизни.

Артиллеристы в Болгарии по прибытии из Галлиполи. В центре полковник Протасович, выпускник Училища 1905 года. Фотография 1921 г.

Начало 30-х годов ознаменовалось новыми тучами, сгустившимися над Михайловцами. В недрах ОГПУ созрела фальшивка, получившая известность под названием «Весна» или «Гвардейское дело», сфабрикованная Израилем Моисеевичем Леплевским. При поддержке своего покровителя, Генриха Ягоды, Леплевский организовал дело, по которому, по некоторым данным официально проходило свыше трех тысяч человек. Многие были казнены либо умерли в заключении. Среди проходивших по делу, было немало выпускников Училища, среди них генерал-майор Михайловский, бывший начальником Училища в 1917—1918 годы. Судьба его нам до сих пор не известна. В 30-м году, он был осуждён на 5 лет лагерей. Основной мишенью фальшивки были «царские офицеры», те кто одел погоны до 1917 года. Многим фигурантам того дела (речь идёт о 1930—1931 гг) было не мало лет.

Фигурант дела «Весна» —  Е. К. Смысловский, выпускник Училища 1888 года

Подчеркнём, подавляющее большинство фигурантов дела, кадровые офицеры, вступившие в службу задолго до революции, сознательно оставшиеся в России и добровольно вступившие в Красную Армию. Новая власть на свой манер «отблагодарила» престарелых героев.

Регалии и награды, конфискованные при ликвидации организации михайловцев

«контрреволюционная» организация была не более, чем ветеранской организацией питомцев Училища. Офицеры (в том числе и служившие на момент ареста в РККА) бережно хранили память о годах проведённых в Училище, берегли традиции, и собирались порой вспомнить молодость. Ностальгия обернулась трагедией.

В канун войны Училище возглавил генерал-майор Яков Броуд, выпускник одного из первых советских наборов Училища 1919 года. Учебные взводы именовались по-дореволюционному — классными отделениями (например 121 классное отделение, означало 1-й курс, 2-я батарея, 1-й взвод). Командирами классных отделений были младшие офицеры, командирами отделений — курсанты 2-го курса (опять-таки, по дореволюционным правилам). А вот курс Училища был двухгодичным — на год короче, чем до революции.

Генерал майор Я. И. Броуд, начальник Училища 1941 г.


Великая Отечественная война застала большинство личного состава 2-го ЛенинградскогоКраснознаменного Артиллерийского училища на Лужском Артиллерийском полигоне. По мобилизационному плану из г. Луги по железной дороге 22 июня 1941 года было направлено в г. Тапа (Эстония). Во время погрузки курсантов в поезд немецкие бомбардировщики с аэродромов Финляндии наносили бомбовой удар по эшелонам Луги-товарной. Части 8-ой Армии, в составе которой дейстовали курсантские подразделения отступали в направлении Ленинграда. 2-е ЛКАУ заняло огневые позиции под Красным селом. Был произведен досрочный выпуск курсантов, с присвоениием им воинского звание «лейтенант».

По приказу Начальника Штаба Морской обороны Ленинграда из Училища курсовых командиров: ст. лейтенанта Курочкина М. А., лейтенанта Муравицкого Г. Т. и военного техника II ранга Малышева по командировочному предписанию от 26 июля 1941 года сроком до 01 августа 1941 года направили с целью командировки как инструкторов по использованию полевых орудий. Эти офицеры в дальнейшем составят костяк артиллерийского дивизиона бригады морской пехоты, формировавшейся в те дни.

В 1949-м году, генерал-лейтенант Дмитрий Дмитриевич Кубеев был назначен начальником Артиллерийской Академии, а начальником училища назначен полковник Иван Иванович Толстопятов. Вот, как вспоминает его выпускник Училища 1947-го года,а в те годы командир взвода в 3-й батарее курсантов «Это был очень справедливый, требовательный и отзывчивый человек. Его глубоко уважали и офицеры и курсанты». Его годы управления Училищем, стали последними годами пребывания Училища в Петербурге, наполненными яркими послевоенными событиями. Училище активно участвует в жизни округа и города. Особенной активностью отличается кафедра физической подготовки. За проведение спортивного праздника в 1947 году, начальник кафедры майор Александров получил благодарность от Командующего войсками ЛенВо. В 1949 г. футбольная команда Училища завоевывает 1 место в Ленинградском военном округе, боксеры занимают 2 место. В 1950 г. 1 место завоевывает команда по ручному мячу, а в 1951 г. — чемпионами становятся гимнасты.

В январе 1953 года училище во главе с полковником Толстопятовым И. И. было передислоцировано в город Коломну, Московской области. В истории Училища началась новая эпоха.


Год смерти вождя всех народов Иосифа Сталина знаменовался для Училища новым испытанием. Пришёл приказ о передислокации 2-го Ленинградского Артиллерийского Училища в подмосковную Коломну. Судя по дошедшим до нас воспоминаниям и документам, имелось распоряжение имущества взять с собой «по минимуму»... Во всяком случае, ни посуда с надписью «Михайловское Артиллерийское Училище», которую запомнили выпускники начала 50-х годов, ни матрасцы набитые конским волосом, ни знаменитые михайловские сапоги с кавалерийскими шпорами, над которыми с XIX века и до 1953-года то потешались (и которым завидовали!) воспитанники других военных училищ Петербурга и Ленинграда до Коломны не доехали. А вот часть огромной библиотеки Михайловского Училища была привезена с собой. Курсанты всех без исключения поколений Училища помнят фолианты с последовательно проставленными штампами «МАУ», «2-е ЛАУ», «КАУ»...

Как бы то то ни было, в очередной раз в своей истории, Училище было в буквальном смысле выброшено в «чисто поле». Обустройство и создание материальной базы шло до боли знакомым русскому солдату еще с Аракчеевских времён «хозспособом». Без приувеличения героическими усилиями солдат, курсантов, офицеров, гражданских служащих Училища, абитуриентов, при посильной поддержке городских властей, т. е. буквально «всем миром» создавалось то, что одним росчерком пера, будет «списано в утиль» в 2009-м году президентом и министром обороны. Прибыв из Ленинграда, города менее сорока лет тому назад бывшего столицей огромной страны, Училище привнесло в Коломенскую жизнь немного столичной свежести. Курсанты надолго стали самыми завидными женихами в городе, а городские праздники наполнились звуками училищного оркестра. О нём стоит сказать особо.

Одним из тех офицеров, кто безропотно отбыл из столичного Ленинграда в Коломну был начальник физической подготовки и спорта Александров Георгий Петрович (в Училище с 1947 по 1969 г). Опытный специалист, один из лучших организаторов проведения массовых спортивных мероприятий. Начиная с 1948 г. ежегодно готовил училище к смотру-конкурсу спортивно-массовой работы среди ВУЗов. Провел большое количество соревнований на первенство училища и округа. Под руководством Александрова 75 — 80 % курсантов на переводных курсах показывали отличные результаты. Трое из них стали Заслуженными мастерами спорта СССР, среди них:

Беляев Юрий Иванович — по футболу — выпуск 1955 г.
Десятчиков Алексей Степанович — по легкой атлетике — выпуск 1956 г.
Мищенко Борис Павлович — по борьбе дзюдо — выпуск 1958 г.

Но вернёмся к повседневной жизни Училища. В 50—60 -е годы, абитуриенты жили в полевых условиях на территории Дивизиона Обеспечения Учебного Процесса (ДОУП), который в те времена назывался Дивизионом Боевого Обеспечения (ДБО). Курсанты-шестидесятники, в шутку расшифровывали ДБО как «Дикая Банда Олефира», по фамилии его начальника — подполковника Олефира, человека резкого и строгого, а так же, из-за того, что дивизион в то время комплектовался призывниками из отдалённых уголков Средней Азии, со всеми вытекающими из этого последствиями... Два десятилетия послевоенной истории страны, ознаменовались ещё и массовыми сокращениями в Армии. Они коснулись не только войск, но и учебных заведений. Так например, было ликвидировано в 1965-м году Томское артиллерийское училище, а его курсанты распределены по «уцелевшим» учебным заведениям, в том числе направлены в Коломенское Артиллерийское Училище. Другой приметой времени, было зарождение ракетных войск, прежде всего оперативно-тактического назначения. С конца 50-х годов,наше Училище, выпускники которого и прежде направлялись и в космические проекты и в «ракетчики» стало целенаправленно готовить и выпускать специалистов ракетного профиля. Наш знаменитый выпускник, солист оперной труппы Большого Театра, как раз из того первого, «ракетного» выпуска 1960-го года.

К тому же времени, относится и окончательное установление традиции «Похорон Комара». Мода на ракеты пройдёт не скоро, однако опыт локальных войн показал, что ствольную артиллерию рано списывать со счетов. И в 1968-м году, (уже Высшее) Коломенское Артиллерийское Училище снова выпускает «классических» артиллеристов. В те годы, в Училище не прекращалось строительство и связаное с этим реформирование его организации и наименования подразделений. Так например курсанты поступившие в 1967-м году (выпускники 1970 года) распределённые в 3-ю батарею (командир батареи майор Быков) располагались в «старой» казарме (позднее, её назовут казарма номер 1). Вспоминает полковник запаса «в батарее было 4 взвода. 1-й взвод выпускников 3 курса, 2-й взвод — второкусники, 3 и 4-й взводы первокусников. Я учился в 3-м взводе(командир взода л-нт Макаров. 4-м командовал ст. л-нт Сидоренко. Старшиной батареи был старшина Крылов, замкомвзвода ст. с-нт Куренков из 1 взвода. На второй и третий курсы нас второкурсников переселили новую казарму и объединили в одну 8 батарею, в которой мы и заканчивали училище. Командовал батареей к-н Кашников. Командиром взвода на 3—4 взвода был назначен ст. л-нт Сидоренко»

Выпускные вечера Училища того времени проходили организованно и довольно пышно. Во Дворце Спорта имени Шавырина сервировался праздничный банкет, приглашались артисты. Однако, как и в наши дни, главным на мероприятии, чаще всего оказывалась крепкая лейтенантская выпивка, первая открытая и легальная, после трёх лет официального воздержания.

Генерал-майор Зарицкий Владимир Николаевич, Начальник училища с 1987 по 1992 годы

1987-м году начальником Училища стал полковник В. Н. Зарицкий. Ему было суждено стать последним начальником Училища советского времени. С его именем связано начало эпохи возвращения славных традиций Училища.

Памятный знак выпущенный в 1990-м году. Впервые за долгие годы вернулся орёл и наименование «Михайловское»

В первую очередь — даты основания и почётного наименование Училища. Преподаватели и питомцы Училища всегда помнили и 1820 год и имя великого князя Михаила, однако, впервые за многие годы

«Лихие девяностые» конечно же затронули Училище, хотя традиции строгого внутреннего распорядка, пресловутый «железный забор» и почти 100-километровоеудаление от ближайших к маленькой Коломне Москвы или Рязани, сделали его своего рода «тихой гаванью». Курсанты Училища почти не участововали в событиях 91-го и 93-го годов (если не считать оцеплений и усиления внетреннего режима), однако отголоски бурных событий докатывались и сюда. В Училище стали появляться курсанты военных училищ, расположенных в бывших союзных республиках, отказавшиеся принимать «повторную» присягу. Российское руководство поступило (что с ним редко бывает) довольно мудро, посчитав «своими» всех военнослужащих присягавших во времена СССР и решивших продолжить службу в России. В новоиспеченных армиях соседей, наспех сочинённые тексты раздавали войскам, требуя новой присяги, на верность новой стране. И хотя никто не мешал закончить образование там, где оно было начато, многие молодые люди решили переводиться в Россию. В Коломне появились курсанты из Хмельницкого, Сумского артиллерийского училищ, а на младшие курсы переводились и воспитанники неартиллерийских ВУЗОВ. Позднее, в Коломенское Высшее Артиллерийкое Командное Училище были переведены несколько подразделений ликвидированного Тбилисского Артиллерийского Училища. В 1992 году в Училище вновь сменился начальник. Генерал-майор В. Н. Зарицкий, получил новое назначение и в Училище возвратился прежний заместитель начальника полковник В. И. Шумеев, незадолго до того возглавивший Сумское артиллерийское училище. Он не стал принимать украинскую и присягу и мене чем через год после убытия на Украину, вернулся в Коломну.

Генерал-майор Шумеев Виктор Иванович, начальник Училища с 1992 по 2005 год

Генерал-майор Шумеев Виктор Иванович, начальник Училища с 1992 по 2005 год

На время его руководства Училищем пришлись непростые годы кризисов и потрясений 90-х. Начиналась новая эпоха переименований и реформ, окончившаяся в «стабильные» 2000-е полным закрытием Училища. В 1995-м году Училище перешло на 5-летнюю программу обучения.

Последние выпуски Училища проходили уже вне его стен. Разбросанные кто в Казань, кто в Екатеринбург курсанты-коломенцы принесли в артиллерийские ВУЗы свои традиции. Так, например, «похорон комара» ни Казани ни Екатеринбургу избежать не удалось. Правда и эти ВУЗы совсем не на долго пережили наше Училище.

5-я батарея, выпуск 2009 года (выпуск произведен в г. Екатеринбург) хоронит комара.

Реформа военного образования по-видимому удалась.


                                                                                                  

                                                                                     Краткая история переименований Училища.

Год
Название
Приказ
1820
Артиллерийское Училище
Приказ по артиллерии № 805 от 26.11.1820г.
1849
Михайловское Артиллерийское Училище
Приказ по артиллерии от 19.09.1849г.
1918
1-е Советские Петроградские Артиллерийские командные Курсы РККА
Приказ Наркома по Военным Делам № 130 от 14.02.1918г.
1920
2-е Советские Петроградские Артиллерийские Командные Курсы
Приказ РВС № 1227 от 1.09.1920г.
1921
3-я Петроградская Школа комсостава тяжёлой артиллерии
Приказ РВСР от 27.10.1921г.
1922
Петроградская Школа тяжёлой и береговой артиллерии комсостава РККА
Приказ РВСР от 18.05.1922г.
1923
Петроградская Школа полевой тяжёлой артиллерии комсостава РККА
Приказ РВСР от 11.01.1923г
1923
Петроградская командная Школа тяжёлой и береговой артиллерии комсостава РККА
Приказ РВСР №680 от 31.03.1923г.
1924
2-я Ленинградская Артиллерийская Школа
Приказ РВСР №1265 от 9.10.1924г.
1937
2-е Ленинградское Артиллерийское Училище
Приказ НКО № 36 от 16.03.1937г.
1957
Коломенское Артиллерийское Училище
Директива Главного Штаба С.В.
№ОШ51453 от 12.11.1957
1969
Коломенское Высшее Артиллерийское
Командное Училище
Приказ МО СССР № 019 от 31.01.1968
В действии с 1.01.1969г.
1995
Михайловское Высшее Артиллерийское Командно-Инженерное училище
Указ Президента РФ№ 1154 от 17.11.1995г.
1998
Филиал Михайловского Артиллерийского Университета
Постановление Правительства РФ от 29.08.1998г.
2004
Коломенское Высшее Артиллерийское Командное Училище (Военный Институт)
Решение Правительства РФ от 15.12.2004г
2008
РАСФОРМИРОВАНО
Решение Правительства РФ от 30.12.2008г







Яндекс.Метрика